Гардарика

Первые известия о Руси и ее правителях в ранних польских хрониках


Среди польских хронистов не так много тех, которые пытались полно раскрыть историю Руси, хотя бы в контексте польской истории. К немногим можно отнести Яна Длугоша и Матвея Стрыйковского

Лущай Ю. В.Первые известия о Руси и ее правителях в ранних польских хрониках

В основном Русь в польских хрониках упоминается в тех случаях, когда описываются взаимоотношения между поляками и руссами, как это видим у Мартина Галла[1], или делаются пояснения общего плана, например, у Мартина Кромера, в связи с христианизацией Польши при Мешко I[2], он упоминает ряд стран, которые приняли христианскую веру, в частности, введение христианства на Руси Владимиром Великим[3]. А также при обозначении географических границ, перечислении стран и народов.

1. Хроника Мартина Галла

История Польши у ранних польских хронистов была соткана из правдивых данных и различных легенд и мифов. Помимо этого, польские хронисты создавали героизированные образы из собственных правителей Польши.

Самым ранним польским источником по истории Руси является «Хроника» Мартина Галла (более известного как Галл Аноним, хронист начала XII в.). В его хронике сведения о Руси находятся всего лишь в трех главах первой книги – VII, X и XXIII. Две первые главы (VII и X) завязаны на войне Болеслава Храброго с Ярославом Мудрым в 1018 г.[4] В хронике указывается (VII глава), что причиной этой войны являлся отказ Ярослава выдать свою сестру за Болеслава. Во время своего пребывания на Руси польский князь взял Киев, а затем пленил сестру русского правителя и сделал ее наложницей. Далее польское войско находилось десять месяцев на Руси, после чего возвратилось домой, но во время возвращения разгромили русскую армию на р. Буг. В X главе снова рассказываются те же события на р. Буг, что и в предыдущей главе.

Эти события описываются с позиции возвеличивания победы Болеслава Храброго над Русью. Нет, как и в последующих хрониках (Кадлубка, «Великой хроники»), упоминания действительной причины, побудившей пойти войной на Русь – поддержка своего родственника Святополка в борьбе с Ярославом Мудрым за власть на Руси. Также нет упоминания о бегстве Болеслава и его войск из Киева. Согласно «Повести временных лет», киевляне, после того, как Святополк приказал им бить поляков, изгнали их из города[5]. Летописное известие о бегстве Болеслава из Киева не воспринимается историками как реальное событие (смотри, например, сводку мнений у В.Д. Королюка[6]). Да и Титмар Мерзебургский, современник событий по сравнению с древнерусскими летописцами и польскими хронистами, рассказывает о возвращении Болеслава в Польшу в приподнятом настроении[7]. Но Г. Ловмяньский сглаживает шероховатости «Повести временных лет», полагая, что произошел разрыв между Болеславом и Святополком из-за того, что польский князь вел сдержанную политику и не хотел помогать в объединении Руси. В результате чего, русское население напало на польские гарнизоны, расположенные в городах. В ответ на это Болеслав увел из Киева свои главные силы и увез с собой громадные сокровища[8].

В XXIII главе описываются события 1069 г. – война Болеслава Смелого с Русью[9]. Мартин Галл пытался также возвеличить Болеслава Смелого, как ранее Болеслава Храброго. Но, согласно «Повести временных лет», каких-либо конфликтных ситуаций между Польшей и Русью в это время не было[10]. Если в случае с событиями 1018 г., Болеслав Храбрый поддержал своего зятя Святополка против Ярослава Мудрого, чтобы вернуть Польше Червенские земли (находившиеся с 981 г. в составе Руси), то 1069 г. (у Татищева стоит 1068) польские войска были составной частью русских войск и руководил этими войсками не Болеслав Смелый, а Изяслав Ярославович. В первом случае была зависимость от польских войск, в другом случае этого не было.

И как бы не были скудны эти известия и субъективны в отношении Руси, все-таки и эти данные могут быть ценным источником по истории Руси. Так как приводятся некоторые факты из реальных событий 1018 г. – пленение сестры Ярослава, поражение русского князя на р. Буг, и т.д.

2. «История Польши» Винцентия Кадлубка

Следующим по хронологии выступает «История Польши» Винцентия Кадлубка (хронист начала XIII в.). Сведения про Русь Кадлубка можно разделить на три группы:

1) взятые из хроники Мартина Галла до начала XII в.;

2) устные пересказы и письменные источники середины XII в.;

3) информация самого хрониста о событиях 80-90-х гг. XII в.

Именно вторая и третья группа является более всего информативно полезной по истории Руси (смотри более подробное исследование у А.Б. Головко[11]).

Первое упоминание Руси в этой хронике связано с теми же событиями 1018 г.[12], так как хронист опирался на данные Мартина Галла. Но, по сравнению с Мартином Галлом, Кадлубек краток в описании этой войны (как, впрочем, и по событиям 1069 г.).

3. Титулатура правителей Руси

У ранних польских хронистов нет упоминания имени правителя Руси, но встречается его обозначение через титулатуру. Только сравнивая их с древнерусскими источниками можно определить его имя. Видимо, имя Ярослава Мудрого, как и его потомков, не было запечатлено в тех источниках, которыми хронисты пользовались. Им еще не были доступны древнерусские летописи, с которыми они могли бы свериться (эта возможность появилась намного позже).

В западноевропейских и польских источниках в титуловании древнерусских князей отмечается разнообразие (рассматривается только ранний период истории Руси). Но основным обозначением князей Руси является королевский титул. Интересно замечание И. Лелевеля, что в западноевропейских источниках Киевских князей называли королями (Владимира Великого, Ярослава Мудрого), а польских князей – дуками (Мешко Первого, Болеслава Храброго до принятия им королевского титула)[13].

Для примера приведем титулатуру правителей Руси. В польских источниках прослеживается такое обозначение древнерусских правителей: у Мартина Галла – «Ruthenorum rex»[14], в Краковском рочнике Киевский князь Владимир Святославович под 1015 г. назван «dux Ruthenorum», но в другом месте того же источника правитель Руси под 1078 г. (видимо Изяслав Ярославович) уже является «rex Ruthenorum»[15]. В поздних польских хрониках правителей Руси называют дуками (сравни с хроникой Длугоша[16]).

В западноевропейских источниках: «regisque Ruscorum» и «rex Ruscorum» у Титмара Мерзебургского[17], «ad regem Russorum» у Петра Дамиани[18], «rex» в Житии Оттона Бамбергского[19], «regis Ruscorum» у Анналиста Саксона[20], «rex Rugorum» у Гийома Жюмьежского (11 в.) и в родословии Вельфов (12 в.)[21], и т.д. (более подробную выкладку можно посмотреть у И. Лелевеля[22] и Назаренко[23]). Но у Бруно Кверфутского Киевский князь Владимир Святославович назван как «Senior Ruzorum»[24].

4. «Великая хроника» и славянские эпонимы

Если прежде в хрониках прослеживалось стремление объединить польские племена в единую польскую державу[25]. Это следствие тех драматических событий, которые испытала Польша – короткий период безкоролевья, отделение Поморья и Мазовии, вассальная зависимость от Священной Римской Империи, и т.д.[26] То в «Великой хронике» (либо по-другому «Хроника Великопольская», XIV в.) это объединение носит общеславянский характер. В хронике приводится легенда, согласно которой некоторые этнические названия славянских племен (поляков, русских и чехов) выступают как эпонимы – Лех, Рус и Чех, и являются сыновьями некоего Пана, от которого якобы и носит название Паннония – легендарная прародина славян[27]. Впоследствии Длугош подвергал сомнению это родство, считая Руса потомком Леха, а не братом[28]. Это связано с идеологическим обоснованием происхождения полян (а с ними и руссов) от поляков.

В ранних хрониках многих народов прослеживается тенденция производить свой народ от мифического прародителя - эпонима. У Козьмы Пражского (чешский хронист XII в.) родоначальником чешского народа выступает Чех[29]. Ян из Пулкавы (чешский хронист XIV в.) упоминает двух братьев - Чеха и Леха[30]. В русском Хронографе 1679 г. и в Иоакимовской летописи выступают Словен и Рус[31]. И только в «Великой хронике» происходит объединение воедино легендарных предков трех народов - поляков, руссов и чехов.

«Великая хроника» основывается на многих польских источниках, предшествующих ей. В связи с чем, приводятся те же данные о войне Болеслава Храброго с Русью в 1018 г.[32] Взятые, по-видимому, у Кадлубка, и также имеющие краткую информацию. Ценность этого источника заключается именно в той информации о событиях, свидетелем которых был хронист, а также обширность использованных польских источников.

Исследователями польских хроник отмечается тенденциозность по отношению к Руси. Сформировалась традиция освещать историю Руси в непроглядном виде, начало которому дал в XII в. Мартин Галл. Впоследствии этой традиции придерживались Кадлубек, Длугош и другие польские хронисты[33]. Кроме этого, польские хронисты выступали с национальной и государственной позиции, особенно это мы видим в «Истории Польши» Яна Длугоша[34].

Примечания

[1] Kronika Marcina Galla. – Warszawa, 1873. – S. 47-50, и сл.

[2] Kronika Polska Marcina Kromera. – Sanok, 1868. – T. I. – S. 92-108.

[3] Ibid. – S. 96-98.

[4] Kronika Marcina Galla. – S. 47-50, 52-53.

[5] Лаврентьевская летопись // Полное собрание русских летописей. – СПб., 1846. – Т. I. – С. 62.

[6] Королюк В.Д. Западные славяне и Киевская Русь в X-XI вв. – М., 1964. – С. 258.

[7] Thietmari Merseburgensis episcopi Chronicon // Monumenta Germaniae historica. Scriptores Rerum Germanicarum. – Hannoverae, 1889. – P. 232.; Титмар Мерзебургский. Хроника. – М., 2009. – С. 160.

[8] Ловмяньский Г. Взаимные отношения Польши и Руси в Средние века // Советское славяноведение. – 1967. – № 3. – С. 26-27.

[9] Kronika Marcina Galla. – S. 69.

[10] Лаврентьевская летопись. – Т. I. – С. 75.

[11] Головко О.Б. Київська Русь на сторінках хроніки В. Кадлубека // Український історичний журнал. – 1993. – № 3. – С. 28.

[12] Wincentego Kad?ubka Historya Polska. – Lowicz, 1803. – S. 31-33.; Kronika Mistrza Wincentego // Monumenta Poloniae historica. – Lwow, 1872. – T. II. – P. 279-281.

[13] Lelewel J. Polska wiekow srednih. – Poznan, 1847. – T. II. – S. 47-48.

[14] Galla Kronika // Monumenta Poloniae historica. – Lwow, 1864. – T. I. – P. 402.

[15] Rocznik kapitulny Krakowski // Monumenta Poloniae historica. – Lwow, 1872. – T. II. – P. 793, 795.

[16] Ioannis Dlugossii Annales seu cronicae incliti regni Poloniae. Liber 1/2. – Warszawa, 1964. – P. 186-188, и далее.

[17] Thietmari Merseburgensis episcopi Chronicon. – P. 236, 257.

[18] Lelewel J. Polska wiekow srednih. – S. 47.

[19] Herbordi vita Ottonis episcopi Babenbergensis // Monumenta Poloniae historica. – Lwow, 1872. – T. II. – P. 74.

[20] Annalista Saxo // Monumenta Germaniae historica. Scriptorum. – Hannover, 1844. – T. VI. – P. 673.

[21] Назаренко А.В. Древняя Русь на международных путях: Междисциплинарные очерки культурных, торговых, политических связей IX-XII веков. – М., 2001. – С. 46.

[22] Lelewel J. Polska wiekow srednih. – S. 47-53.

[23] Назаренко А.В. Древняя Русь на международных путях.

[24] List S. Brunona do Henryka II Cesarza // Monumenta Poloniae historica. – Lwow, 1864. – T. I. – P. 224-225.

[25] Исаевич Я.Д. Древнепольская народность и ее этническое самосознание // Развитие этнического самосознания славянских народов в эпоху Раннего Средневековья. – М., 1982. – С. 159-164.

[26] Жыховский М. Тысячелетие Польши (избранные проблемы – Польша – католическая церковь – Ватикан – Германия) // Советское славяноведение. – 1966. – № 5. – С. 7-9.

[27] «Великая хроника» о Польше, Руси и их соседях XI-XIII вв. – М., 1987. – С. 52.

[28] Jana D?ugosza Dziejоw Polskich. – Krakow, 1867. – T. 1. – S. 24.

[29] Козьма Пражский. Чешская хроника. – М., 1962. – С. 35.; Исаевич Я.Д. Древнепольская народность и ее этническое самосознание // Развитие этнического самосознания славянских народов в эпоху Раннего Средневековья. – М., 1982. – С. 123.

[30] Щавелева Н.И. Предисловие // «Великая хроника» о Польше, Руси и их соседях XI-XIII вв. – С. 24.

[31] Хронографический рассказ о Словене и Русе и городе Словенске // Полное собрание русских летописей. – Л., 1977. – Т. 33. – С. 139-142.; Об истории Иоакима епископа Новгородского // Татищев В.Н. История Российская. – М., 2003. – Т. 1. – С. 52-53.

[32] «Великая хроника» о Польше, Руси и их соседях XI-XIII вв. – С. 67-68.

[33] Врублевский А. Сведения о Руси, встречающиеся в Хронике польского летописца Мартина Галла // Университетские известия. – К., 1878. – С. 1-3, 8, и сл.; Алпатов М.А. Русская историческая мысль и Западная Европа XII-XVII вв. – М., 1973. – С. 87.; Щавелева Н.И. Тенденциозность средневековой историографии (на примере хроники Винцента Кадлубка) // Методика изучения древнейших источников по истории народов СССР. – М., 1978. – С. 154-165.

[34] Иконников В.С. Опыт русской историографии. – К., 1908. – Т. 2. Кн. 1. – С. 76.

 

Статью подготовил: Лущай Ю. В. (Christian)

Комментарии (0)

Добавление комментариев закрыто.